Бальга-7. Эмиль Гуттцайт

«Поселок» – деревня – Бальга
Исходный текст в ЖЖ
Рядом с крепостью и поместьем в древние времена поселились ремесленники, кнехты, пастухи, сельскохозяйственные работники, которые работали в крепости ордена и в поместье.
Работники были или батраками (поденщиками) или садовниками, о которых уже говорилось ранее. О потребностях поселенцев замка и многочисленных посетителей заботился трактир, он был впервые упомянут в 1430 г.
Ветряная мельница существовала уже в 1447 году, водяная мельница появилась в 16 веке. Она находилась прямо на берегу залива к югу от Бальги.

Уже в 14 веке многие люди имели фамилию Бальга. Возможно, они были родом отсюда. В 1339 году Гюнтер фон Бальга был членом городского совета Кенигсберга. Иоганн фон Бальга был в 1337 году монахом в Оливе. В 1349 году в Эрмланде жил нотариус по имени Наки фон Бальга, в 1339 году в Торне жили братья Генрих и Иоганн фон Бальга и в 1350 году там жил продавец Бертольд фон Бальга. В 1361 году в городе Браунсберг жил Клаус фон дер Бальга.
В 1399 году кузнец комтура Бальги получал восемь шкотов (=⅓ марки), а в 1408 году Бальборну, кузнецу в Бальге, платили три марки.

Жители крепости составляли общину, которая, в противоположность другим замкам, никогда не называлась Лишке (гнездо). Нам также не известно никаких сделок, которые заключили жители Бальги. Позже речь идет о поселке Бальга. Так как замок во многих войнах часто осаждали и брали штурмом, жители пережили много страданий в 13-летней войне (1454-1466), в войне всадников и позже во время Шведской войны. В 1520 году ветряные мельницы, а также дома жителей были разрушены. Ветряная мельница позже была построена вновь, в последний раз в 1736 году. Она стояла к северу от старого поместья, затем была разрушена во время штурма. Около 1910 года она была снесена, а ее земля в поместье Бальга был продан. Дорога, которая отсюда вела в Кальхольц, называется Мюленвег (Мельничная дорога).

Почти все жители поселка около крепости в древние времена были в основном садовниками, может быть потому что они были обязаны исполнять всевозможные повинности в крепости и имели в своем распоряжении лишь клочок земли.
Многие имели долги. Единственным почти независимым собственником был городской трактирщик (кёльмер, крестьянин свободный от барщины), который имел особые права и владел землей. Так как он до 1826 года был также деревенским старостой (вершил правосудие), он пользовался известной властью. В 1603 году к замку и двору были прикреплены двенадцать крепостных крестьян. Кроме своих прочих повинностей они также должны были «относить письма».

В 1669 году приезжая комиссия постановила, что, несмотря на распоряжение (ответное послание) от 1617 года о том, что каждый крестьянин может иметь две лошади и коровы, одного теленка и четыре свиньи, крестьяне в Бальге имели значительно больше скота. Уже в 1646 году крестьянам порекомендовали заплатить налог за лишний скот. Этими мерами сеньоры хотели помешать крестьянам слишком активно пользоваться пастбищами и использовать слишком много корма для своего скота.

В 1755 году 9 июля упал «на поля Бальги в ужасную непогоду необычно крупный град. Градины были диаметром дюйм, 1,25 дюймов в длину и плоские с обеих концов».

Как и в других деревнях, в Бальге в середине 18 века тоже было создано много домов для слуг (домовладельцев). Они находились около ведомства и крепости, на «королевских землях» с землей и без земли, а также на церковной земле и перед незастроенными выгонами и сельскохозяйственными угодьями. Крепостные батраки получали в лучшем случае небольшие наделы, которые представляли собой наследство, оставленное в 1748, 1751, 1779 годах и, прежде всего, в 1781 году.

На общей площади наделов в Бальге тогда жил один городской трактирщик, 43 батрака в 39 крестьянских лачугах, один священник, один кантор, 3 безземельных крестьянина при трактирщике, 18 безземельных крестьян при батраках, 2 безземельных крестьянина на территории кирхи, 16 служанок, один мельник и один пастух. Среди обитателей крепости был плотник, каменщик, бондарь, пекарь, столяр, тележник, ткач или концессия и по два портных и сапожника.

Земля в наделах была песчаная и плохая, однако сенокосные угодья были среднего качества. Пастбища расположены на деревенских землях. На земле в Бальге было мало леса, так что жители покупали себе необходимую древесину из близлежащих угодий Адель-Форстен. На земельных наделах паслись 51 конь, 7 молодых кобылиц, 10 быков, 62 коровы, 9 голов молодняка и 73 свиньи.

Надел принадлежит к району пехотного полка Штайнвер.

Около 1800 года начался приток моряков и капитанов. В 1819 году в Бальге постоянно проживали моряк Вернер, Якоб Блум, Мартин Рентель, шкипер Якоб Корн и капитан корабля Даниел Фирке.
Уроженец Розенберга Готтлиб Маллин и его сын, родившийся в 1793 году в Розенберге, капитан Готтфрид Маллин († Бальга 1849) поселились в Бальге лишь после 1825 года. За ними последовали капитаны Эмиль и Оскар Герлах, Иоганн Кур, который в 1910 году построил дом напротив пожарного депо, а также Рудольф Унру. Капитаны Карл Унру, Адольф Вихерт служили лоцманами в Пиллау, однако после выхода на пенсию вернулись в родную деревню. Карл Вайнрах, брат Гертруды Корн, урожденной Вайнрайх (*17.08.1884 в Бальке - † 18.06.1978 в Берлине) был капитаном и лоцманом в Кенигсберге. Луис Тимм, Хекманн, Эмиль Лемке, Курт Герлах были лоцманами в Пиллау. Другие поселившиеся в Бальге моряки были судовыми механиками и инженерами». Курт Корн (*27.02.1907 – †15.09.1954), учитель средней школы, сын Гертруды Корн и Оскара Корн (главного секретаря почты) сделал большинство картин Бальги.

Хотя Бальга лежит у залива, она никогда не была рыбацкой деревушкой. Только трактирщик по причине своего положения получил в 1536 право рыбачить в заливе в случае необходимости с 15 мешками и небольшим свидетельством для своего стола. В 1559 году это право было расширено: трактирщик мог рыбачить в заливе с 30 мешками, шестью сетями и одним донным неводом. Лишь намного позже моряки в Бальге получили право рыбачить в заливе. Рыбный промысел Бальги не имел постоянного значения. В последние столетия правом рыбалки пользовались согласно указаниям Эрвина Маллинса Артур и Альфред Потрек, Адольф и Франц Клуге, Х. Дик, Густав Блумберг, Ричард Хекман, Артур и Герман Тидман. В последующие годы жены рыбаков носили свежепойманных угрей, судаков, ершей и других рыб по домам жителей Бальги. Их товар высоко ценился в гостиницах, где готовили блюда из рыбы, прежде всего в гостинице Шрёдера.

В середине 19 столетия число обитателей Бальги значительно возросло, так как живописное место привлекало иностранцев, которые здесь находили новую родину. В 1846 году в деревне и поместье Бальга рассчитывалось 65 жилых домов, в 1905 году их было 81, а в 1925 году 86. Перед началом Второй мировой войны там было 96 домов. На составленном жителями Бальги после 1945 года плане показано 91 строение. В их число не включены господский дом, дом крестьян, инспектора или ремесленника, а также дом новой и старой крепости (ранее мельница). Во время 2 мировой войны в еловом лесу появились около двенадцати временных домов для тех, чье жилище разбомбили. Собственниками домов были округ Хайлигенбайль и сельскохозяйственная община Бальга. О семьях Бальги пишет Эрвин Маллин, который с неустанным рвением и большой любовью к своей родине свел вместе многочисленные сведения об истории Бальги и написал: «В последние столетия многие старинные семьи Бальги вымерли. Многие сыны Бальги бродили по городам. К числу старинных семей принадлежали Адлеры, Басмеры, Блёс, Боэм, Дрёзе, Герлах, Хазенпуш, Хиплен, Хёпфнер, Клуге, Корн, Кюн, Леме, Маллин, Мюллер, Ренберг, Рёддер, Замловски, Тешнер, Тиль, Тимм, Тидман, Толкмит, Унру, Вихерт, Вихманн, Циммерманн». Эти семьи нельзя сравнивать со старинными семьями крепостных крестьян, которые поселились в деревнях, основанных Тевтонским орденом столетия назад и с тех пор здесь осели. Развитие Бальги было не похоже на развитие крестьянских деревень. В Бальге крестьянское население могло сформироваться впервые, когда вотчина была расформирована и появилось много пахотных земель.

Образование населения Бальги, структура деревни и растущее число приезжих иностранцев способствовало тому, что нижненемецкие диалекты в Бальге почти полностью вымерли. Перед Второй мировой войной на них говорили лишь некоторые престарелые жители. Молодежь же говорила на верхненемецком диалекте.

Бальга-6. Эмиль Гуттцайт.

Чиновники главного ведомства Бальги

Крепость Бальга изначально была очень тесно связана с орденом. После 1525 года она стала приобретать все большее значение как часть главного управления Бальги. К нему относились церковные округа Бальга, Бладиау, Хайлигенбайль, Грунау – Альт Пассарге, Вальтерсдорф, Айзенберг, Линденау, Айххольц, Хоэнфюрст, Гермсдорф-Пеллен, Цинтен, Тифензее, Дойч-Тирау и (до 1819) Гуттенфельд с их населенными пунктами. Ведомством управлял глава (Амтсхауптманн), который находился в Бальге.

1. 1525 – 1527 Крафт фон Фестенберг
2. 1527 – 1528 Вольф фон Бюнау
3. 1528 - ? Клаус фон Ауэр
4. ? - 1534 Ганс фон дер Габленц
5. 1535 - ? Якоб фон Дибес
6. 1537 – 1538 Генрих фон Шпарвайн
7. 1538 - ? Мартин фон Эппинген
8. 1538 – 1539 Иобст фон Хенникен
9. 1540 – 1542 Георг фон Каниц
10.1542 - ? Франц фон Бохсен
11.1542 – 1543 Кристоф фон Крейцен
12.1543 - ? Балтасар фон Кёкериц
13.1544 – 1550 Мартин фон Ренцель
14.1550 – 1567 Якоб фон Дибес
15.1568 – 1572 Альбрехт фон Дибес, † 1573
16.1573 – 1583 Мельхиор фон Лендорф, † Маулен 22 марта 1601 г.
17.1583 – 1585 Георг фон Подевельс
18.1585 – 1595 Иоахим фон Белов
19.1595 – 1604 Отто фон дер Грёбен, * 1567, † Йесау 12 апреля 1644 г.
20.1604 – 1607 Мартин фон Валленродт
21.1608 – 1618 Фридрих эрбтрухзес (наследный придворный чин) барон цу Вальдбург, † 3 марта 1624 г.
22.1618 – 1632 Ганс Георг фон Заукен
23.1632 – 1638 Ханс фон Валленродт
24.1640 – 1644 Кристоф фон Трошке
25.1644 – 1645 Йонас Казимир барон цу Ойленбург
26.1645 – 1648 Хеннинг фон Борке, камеральный начальник
27.1649 – 1654 Людвиг фон Ауэр, * 1605, † 13 июня 1655 г.
28.1654 – 1674 Элиас фон Каниц, † 1674
29.1674 – 1683 Георг Фридрих фон Крейцен
30.1683 – 1685 Евстахиус барон цу Хейдек
31.1686 – 1688 Вольф Кристоф эрбтрухзес цу Вальдбург, * 11 февраля 1643 г., † 26 января 1688 г.
32.1688 – 1689 Кристоф фон Теттау, † Бонн 1689 г.
33.1689 – 1691 Дитрих фон Теттау
34.1692 – 1725 Кристоф Арндт фон Рёдер, † 3 августа 1725
35.1725 – 1736 Фридрих Вильгельм фон Девиц, † 1736
36.1736 – 1752 Иоганн Генрих Вильгельм Иобст фон Будденброк

Самым важным служащим после амтсхауптманна был окружной писарь. Он вел записи обо всех приходах и расходах главного ведомства, а также поместья. Здесь пока можно представить только примерный список окружных писарей:
1536 Георг Тило
1585 Филип Хамме
1601 Каспар Шульц, † 1601
1602, 1615 Кристоф Френцель
1636 Иоганн Фабиан Куасс, † в начале 1658 г.
1651 – 1656 Готфрид Гольц, *18 апреля 1618, † в Кенигсберге 31 июля 1678
1669 Георг Генрих Мюлих, он женился в 1669 году на Доротее Хаген, дочери Якоба Х. из Хеннеберга
1676, 1680 Кристоф Ницш
1686 Ганс Альбрехт Паули
1688 Иоганн Шрётель
1697 Микаэл Ханслик
1719 Пауль Павловски

Бальга-5. Эмиль Гуттцайт.

Земельные угодья располагались вокруг замка. В 1584 году общая площадь двух полей из 19 гуф (земельных наделов) составляла 6 моргенов (= 338 га).

Из точного описания расположения и площади земельных угодий, принадлежавших крепости, составленного в 1636 году, мы узнаем, что было засеяно 28 хуф 17 моргенов 246 рут земли. Это была чистая пахотная земля (эта цифра дается также в 1683 году). Земля была поделена на три поля: поле возле Хоппенбруха, в котором можно было засеять примерно 9 мер хлеба, поле за двором позади Шнекенберга и Волитты, лежащее по эту сторону болота, для которого требовалось примерно 8,5 ластов семян, и большое поле позади Кальхольца, в котором можно было засеять примерно 9,5 ластов семян.

Одно болото величиной 10 хуф между Кальхольцем и Волиттой, для которого требовалось 2 хуфы пшеницы, было очень глубокое и заросло кустарником, который сжигали жители Волитты, так как у них не было другого источника древесины. Это болото не имело большой ценности и часто затоплялось, так что его надо было переплывать. Жителям Волитты и Кальхольца можно было туда загонять скот.

Лангенберг, который сохранил свое имя до сегодняшнего дня, служил для выгона (дорога для скота на пастбище) овец курфюрста и для скота деревни Кальхольц. Согласно Е. Маллиен он включал земли к востоку от Кальхольца и на высоте 25,6 к югу до Плецкеберга, а также к северу от крестьянского двора Артура Шмера «Ланденберга».
Шнекенберг и Линденберг никогда не использовались ни для чего, кроме выпаса скота.

Все приведенные земли и пахотные поля составляли вместе 62 хуфы 25 моргенов 240¾ квадратных рут земли. (1 хуфа вмещает 30 моргенов и в одном моргене было 300 квадратных рутов).

В те века в крепости Бальга не возделывали пшеницу. В 1625, 1674-1676, а также в 1679 годах это пытались делать, но урожай был таким скудным, что от этой идеи снова приходилось отказываться. В 1680 году говорится: так как невозделанная земля понесла в прошлом году убытки от этих зерновых культур, пришлось отказаться от их выращивания. При этом Бальга возглавляла все крепости, не смотря на свои посредственные земельные угодья, площадь которых составляла всего 207 га.

Поля приносили очень хороший доход. Уже во время правления Герцога Альбрехта болота около Бальги осушили.

К концу периода господства Тевтонского ордена Великий магистр Фридрих фон Заксен в 1497 году собрал все подати с Бальги и Бранденбурга для своего двора. В 1503 году он сдал в аренду крепость Бальга тогдашнему комтуру Клаусу фон Баху, который по сведениям Х.Х. Вэхтера «за использование должен был ежегодно выплачивать 400 марок мелкой монетой, кроме того он был обязан ежегодно на два ласта увеличивать количество собираемой ржи. С 1652 по 1654 годы крепость была сдана в аренду Людвигу фон Ауэру.

В конце 17-го века крестьяне, «юридическое положение которых в конце 16 века достигло полного упадка, также испытали экономический кризис». Они едва могли исполнять свои повинности и не были в состоянии нанимать помощников. «Сельское хозяйство на глазах пришло в упадок и к началу 18 века достигло полного кризиса». Великая эпидемия чумы в 1709-1711 годах больно ударила по сельскому населению, которое частично опустилось до положения наемных работников и безземельных крестьян. Появились крупные предприятия, которые поглотили многочисленные крестьянские хозяйства. Это также привело к трансформации вотчин или господских замков. Их сдали в аренду. Арендаторы должны были добиться того, чего не смогли достичь хозяйства, пока ими управляли сеньоры. Экономический упадок вотчин неизбежно должен был привести к восстановлению. Крепость Бальга с 1712 года стала сдаваться в аренду. Арендаторы назывались «амтманны», «амтсраты» или «оберамтманны». Вот их имена, известные сейчас:

1722 – Камеральный управляющий Гензелик
1727 – 1741 Амтсрат Иоганн Готфрид Рамник
1741 – 1750 Амтманн Иоганн Кристоф Реге
1750 – около 1755 Амтманн Кристоф Рейнхольд Гебель
Около 1755 – 1767 Амтсрат Готфрид Эрнст Дёзе, он основал поместье Дёзенбрух в 1769 году в округе Хайлигенбайль
1767 – 1781 Амтсрат Адам Кристиан Кёстер
1781 – 1787 Амтманн Георг Кристиан Кёстер
Около 1790 Амтманн Буш
Около 1811 – 1833 Амтманн Зальцманн († 1833). Он в 1818 году купил несколько рестьянских дворов в Квилиттене, которые стали частью поместья Квилиттен.
1835 – (1849?) Амтманн, с 1844 года Оберамтманн Эдуард Боэм, который овладел поселениями Габдиттен и Гнадентхаль (1841 – 1862). Поместье Квилиттен (1848), Кляйн Редерсдорф (1859 – 1867). В его честь в Кенигсберге названа улица Боэмштрассе.

Ежегодная сумма аренды для крепости Бальга, площадь которой составляла 122 магдебургских хуфов и 14 моргенов, в 1808 году составляла 2563 талеров 16 серебряных грошей. Сюда же относились сборы для крестьян (797 талеров 88 серебряных грошей), винокуренных заводов (75 талеров 51 серебряный грош (10 талеров 9 серебряных грошей), рыболовов залива (236 талеров 10 серебряных грошей) и рыболовов в прудах (268 талеров 24 серебряных гроша), итого 3860 талеров.

После войны в первые десятилетия 19 века прусское государство было вынуждено продать многие королевские поместья. Поместье Бальга было в 1849 году разделено. Остаток имения вместе с крепостью Линденберг приобрела семья из г. Глазов, которая владела им вплоть до своего насильственного переселения в 1945 году.

Шнекенберг, который в 1931 году имел площадь 54 га, отошел семье Нойманн и был с 1931 года собственностью Ричарда Шрёдера (умер в ФРГ в 1956). Петер фон Глазов купил после 1931 года также поместье Линденберг и все его угодья. Поместье досталось общине Фоллендорф. Посаженные в 1858 году в поместье Бальга фруктовые сады площадью примерно 12 моргенов тоже были проданы. Поместье побывало в разных руках. С 1920 по 1926 годы его взял в аренду Зигфрид Воллерманн фон Вальтер Киндер. Затем оно принадлежало Эмилю Блану. В 1931 году поместье Бальга занимало площадь 522 га. Сюда относились 310 га пахотных земель и садов, 83 га сенокосных угодий, 76 га пастбищ, 48 га лесов и 5 га непригодной к обработке земли, территории двора и дорог. Петер фон Глазов держал здесь в том году 50 лошадей, 100 коров (голландской породы), 20 овец и 120 свиней.

Усадьба поместья произошла от «Новой крепости». Дом владельца поместья был построен на месте дома амтманна, который был возведен во второй половине 18 века с полувальмовой крышей и навесом. Неизвестно, были ли несущие стены возведены на месте старых стен замка, но это возможно.

В 1846 году на территории крепости Бальга было 11 жилых зданий, в которых был прописан 301 человек. В 1871 году при поместье было 45 хозяйств с 254 жителями. В 1905 году на территории площадью 823,5 га было 14 жилых домов, 33 семьи и 195 протестантов-жителей. В 1925 году число семей было 41, а число жителей возросло до 231 человека.
За пределами поместья Бальги было в 1849 году четыре крестьянских двора площадью от 20 до 80 моргенов, а также были проданы сенокосные угодья в больших и маленьких земельных участках, так что прежнее поместье разделилось примерно на пятьдесят различных хозяйств.

Бальга-4. Эмиль Гуттцайт

На всякий случай напоминаю, что данное произведение историка и краеведа, вопреки обыкновению, переведено не мной, а сайтом www.balga.de
Форт, вотчина и усадьба

В замке Бальга во время господства ордена жило множество людей: рыцари ордена, священники, сержанты, наемные работники и прислуга. Как правило, здесь также жили нотариусы, писари и переводчики. Сюда часто приезжали гости. В 1437 году в Бальге жили 36 монахов ордена, а в 1508 году в замке насчитывалось уже 50 человек. Обо всех них нужно было заботиться. За это отвечали повара, кладовщики, рыбаки, сапожники, мельники, скотоводы и так называемые фирмариенмейстеры (врачи).

Комтурство (административная единица рыцарского ордена) снабжало крепость хлебом, гусями, курами, рыбой, медом, воском и т.д., так что в крепости были запасы продовольствия, а также оружия и военной техники. «Комтурам (командирам) поручили хранить запас продовольствия на два года, чтобы иметь резерв на случай нужды».
Руководители ордена получали многие продукты из собственного хозяйства, ведь в каждом замке был свой хозяйственный двор. Он располагался в защищенной области рядом с замком. Здесь держали лошадей, крупный рогатый скот, овец, свиней, а также часто держали пчел. Хозяйственным двором заведовал «хофманн» (дворецкий), о существовании которого в Бальге говорится, начиная с 1408 года. В 1423 году это был Генрих Штеренберг. Он руководил, прежде всего, полевыми работами, а «хофмутер» (дворецкая), в большинстве случаев его жена, руководила скотным двором. Поэтому ее также называли скотницей. Примерно в 1400 году растениеводство для ордена стало важнее, чем скотоводство.

Во времена правления ордена и герцога поля и луга обрабатывали садовники и батраки (поденщики), а позднее в работе помогали крепостные (несвободные) крестьяне. С 15 века большинство садовников поселились на территории хозяйственных построек. Существовали даже целые деревни садовников, такие как Кенигсдорф и Хальбендорф в церковном приходе Бладиау.

Садовники были крестьянами, которые выполняли все виды работ в крепости. У них был в лучшем случае один «сад», т.к. один небольшой земельный надел, они имели право на свободную жизнь и заключали с господами трехлетний договор с уведомлением за два месяца и могли свободно покинуть свое место, если нашли себе замену. Летом они обязаны были отработать определенное количество дней (120-150), их жены значительно меньше (10-12). За работу им выплачивали жалование. За свою работу они получали несколько моргенов земли в свободное пользование, а также могли получать оплату натурой (натуроплата) и частично деньгами. Садовники Бальги получали в 1608 году 5 марок деньгами, 2 четверика ржи, 2 бочки пива и 120 штук сухой воблы. В летнее время их работа в основном заключалась в уборке хлеба и заготовке сена, а зимой они должны были молотить хлеб. За это они получали одиннадцатый или десятый четверик.

Орден большое значение придавал назначению садовников. В 16 веке Каспар фон Ностиц приказал заменить отсутствующих крепостных садовниками, и в 1642 году для высших чинов сделали обязанностью «назначать как можно больше садовников в деревнях и во дворах».

На рубеже 16 и 17 веков организация работы изменилась. Пахарей освободили от этой обязанности, а за плуг поставили волов.
По поручению комиссии в 1583 году в Бальге десять из двадцати садовников должны были пахать землю.
Для этого нужно было использовать еще три тяжелых немецких плуга, которые лучше справлялись с сорняками. Каждый садовод должен был обрабатывать один морген земли и «свою должность и натуроплату употреблять так же, как пользуются женатые кнехты-пахари и другие».

С 16 века многочисленные крестьяне из деревень близ Бальги должны были участвовать в сельскохозяйственных работах. В 1606 году в работах были заняты 393 крестьянина, в 1636 году 156 крестьян из 14 деревень, а именно: 22 крестьянина из Бладиау, 7 из Хоппенбруха, 13 из Айзенберга, 18 из Хансвальда, 6 из Герцогсвальда, 3 из Раушбаха, 10 из Хоэнфюрста, 11 из немецкого Тиерау, 5 из Кенигсдорфа, 17 из Ланка, 13 из Хермсдорфа, 9 из Бенкенвальда, 14 из Шенвальда, 8 из Лаутербаха.
Они должны были соблюдать трудовую и гужевую повинность. В то время 47 крестьянских поместий было «пустых» (т.е. незанятых). В 1641 году в Бальге и Карбен работали 187 крестьян, а в 1651 их было уже 124. В 1669 году на крестьян возложили повинность ежегодно отправлять в хозяйственный двор Бальги двух служанок и слугу для двора и содержать их. В 1683 году в хозяйственном дворе работали 129 крепостных и шесть садовников.



18 крестьян из Хансвальда, которые занимали 72 надела земли и работали в Бальге, отказались работать дальше, когда деревня в 1680 году в соответствии с кульмским законом отошла начальнику совета и торговцу Герхарду Сутеру в Кенигсберге. Четыре крестьянина из Лангендорфа, 10 из Шенфельда и 11 из Штольценберга в 1680 году выполняли только ремесленную работу. Они были освобождены от вывоза навоза. Количество крестьян уменьшалось все больше. Многие покупали свою свободу и назывались теперь Hochzinser (крестьяне, которые соблюдали только земельную повинность без крепостного труда или с совсем небольшим процентом крепостного труда). Для получения свободы крепостные садовники должны были предоставить для себя замену во дворе и в замке. В 1603 году это значило три вола для вспашки поля, которое подданные не могли бы обработать сами. Они получали ежегодно четыре марки, четыре четверика хлеба и две бочки пива. В 1603 году на хозяйственном дворе трудились: дворецкий и жена дворецкого, которые получали ежегодное вознаграждение в размере 30 марок, майстеркнехт и другой кнехт, каждый из которых получал 9 марок (в 1610 году было пять кнехтов), три крепостных мальчика (каждый по 8 марок), четыре служанки (каждая по 5 марок 39 шиллингов), два заготовителя соломы (каждый по 7 марок), свинопас, табунщик и пастух для коров (каждый получал по 7 марок). В 1683 году был дворецкий и его жена, шесть молодых садовников, один пастух коров и свинопас.

Большое значение придавалось содержанию лошадей и крупного рогатого скота. По данным «Великой книги управления» в 1404 году в развалинах старого замка обитали 214 лошадей, на которых могли ездить всадники. Кроме того, в замке было 238 кобыл, 220 жеребят и 390 тяжеловозов и рабочих лошадей. Поголовье скота состояло из 686 коров, 125 телят, 5126 овец и 1108 свиней. На складах хранилось 396,½ ластов 23 четверика ржи, 17,½ ластов 10 четвериков пшеницы, 1624 четверика ячменя и 7535 четверика овса. В запасах были 22100 головок сыра для господского стола, 2300 головок сыра для слуг, 16 бочек масла и 27 бочек меда.

Это выгодное экономическое положение прекратилось после Битвы при Танненберге (1410). В 1441 году в Бальге было только 95 лошадей и 45 кобыл. Поголовье скота состояло из 57 животных, из них 18 телят и 14 рабочих волов. Кроме того, там было 525 овец, 250 ягнят и 180 свиней. Запасов почти не было: на складах хранилось только 10 ластов ржи, 3 ласта пшеницы, 9 ластов овса, 2,½ ласта ячменя и 1,½ ласта гороха.

Для большого количества лошадей и рогатого скота держали обширные поля, луга и пастбища. Садовники и другие работники не имели земли или имели совсем небольшие наделы. Церкви также ничего не выделяли. Только у трактирщика (хозяина пивной) была пахотная земля, которая была ему передана в 1559 году. В 1575 году было передано в общей сложности 22½ моргенов. Земля трактирщика располагалась на «черной земле», по которой шла церковная дорога от Кальхольца в Бальгу. Последний владелец трактира Пультке тоже имел здесь земельные угодья.

Бальга-3. Эмиль Гуттцайт

Комтуры Бальги

1. 1250 – 1251 Майнгот
2. ? – 1257 Вернер фон Баттеберг, был маршалом ордена, Немецкий ландмейстер в 1271 г.
3. 1258 – 1261 Бертольд фон Нордхаузен
4. 1262 – ? Дитрих Рот (Руфус)
5. 1268 – ? Генрих
6. 1276 – 1277 Дитрих
7. 1278 – ? Берлевин
8. 1280 – ? Гельвиг фон Гольдбах, был маршалом ордена и в 1300 г. Стал ландмейстером
9. ? – 1284 Дитрих фон Шпеер (Шпира)
10. 1284 – 1285 Хартунг
11. 1288 – 1289 Бертольд Брюхафен
12. 1289 – 1291 Генрих фон Дюбин
13. 1291 – 1295 Генрих фон Цукшверт
14. 1296 – 1300 Зигфрид фон Рехтберг
15. 1300 – 1303 Генрих фон Изенберг
16. 1304 – ? Генрих фон Плотцк, стал ландмейстером (1307-1309)
17. 1308 – 1315 Генрих фон Изенберг
18. 1320 – 1321 Гюнтер фон Арнштейн
19. 1322 – ? Альберт фон Ора
20. 1325 – 1331 Бургграф Дитрих фон Альтенбург, † 6 октября 1341 г. в чине Великого магистра
21. 1331 – ? Генрих Ройсс фон Плауэн
22. 1332 – 1337 Генрих фон дер Мауэр (Муро)
23. 1337 – 1341 Дитрих фон Шпеер (Шпира)
24. 1342 – ? Винрих фон Книпроде, † 24 июня 1382 г. в чине Великого магистра
25. 1342 – 1346 Дитрих фон Блуменштейн, в 1338-1342 был Великим казначеем
26. 1346 – ? Зигфрид фон Даэнфельд, был Великим маршалом в 1351 г.
27. 1346 – 1348 Ортольф фон Трир
28. 1349 – 1353 Экехард Куллинг
29. ? – 1354 Вернер фон Рундорф
30. 1354 – 1360 Хеннинг Шиндекопф, † Рудау 17 февраля 1370 г. в чине маршала
31. 1361 – 1371 Ульрих Фрике, † 13 декабря 1384
32. 1372 – 1374 Готтфрид фон Линден, † 25 июля 1379 г., стал маршалом
33. 1374 – 1382 Дитрих фон Эльнер, † 19 сентября 1382 г от чумы
34. 1382 – 1383 Маркард фон Лархейм
35. 1383 – 1387 Фридрих фон Эглоффштейн, † будучи комтуром Бальги
36. 1387 – 1392 Арнольд фон Бургельн
37. 1392 – 1396 Конрад фон Кибург, стал Верховным госпитальером
38. 1396 – 1404 Ульрих фон Юнгинген, † в Танненберге 15 июля 1410 г. в чине Великого магистра
39. 1404 – 1410 Иоганн Граф фон Сайн
40. 1410 – 1412 Фридрих Граф фон Цоллерн, был Великим комтуром, † 1416 от чумы
41. 1412 – 1418 Ульрих Ценгер, был маршалом
42. 1419 – 1424 Хельферих фон Драэ
43. 1425 – 1431 Йост фон Штрупперг, был главным маршалом
44. 1431 – 1432 Генрих фон Зебенроде, † 1432
45. 1432 – 1437 Эрасмус фон Фишборн, был Великим комтуром
46. 1437 – 1440 Таммо Вольф фон Шпонхейм
47. 1440 – 1441 Генрих Ройсс фон Плауэн, † 2 января 1470 г. в чине Великого магистра
48. 1441 – 1452 Эберхард фон Визентау
49. 1352 – 1459 Генрих Цоллер фон Рихтенберг, он и его последователи были одновременно Верховными интендантами
50. 1459 – 1481 Зигфрид Флах фон Шварцбург
51. 1481 – 1488 Эрасмус фон Райценштейн, был главным маршалом
52. 1488 – 1495 Иероним фон Гебсаттель
53. 1496 – 1499 Генрих Ройсс фон Плауэн

Комтуры Бальги в 1499 - 1525
1. 1500 – ? Конрад фон Коттвитц
2. 1502 – ? Бертольд фон Альтмасхоффен
3. 1502 – 1519 Клаус фон Бах, † 22 июня 1521
4. 1521 – ? Клаус фон Ауэр
5. 1522 – 1525 Ганс фон Габленц

Бальга-2. Эмиль Гуттцайт.

В военное время Бальга образовывала твердый оплот против врагов. Ее стены останавливали штурмы литовских и польских банд, останавливали повстанцев. А когда они, подобно Альбрехту Каршау после проигранной битвы при Танненберге и Ремшелю фон Криксен в начале 13-летней войны, занимали крепость Бальга, их правление было кратковременным и не оказывало значительного влияния.



В 1457 и 1518 годах Бальга была основательно обновлена. В 1516 году Великий магистр Альбрехт защитил главную крепость от огнестрельного оружия стенами, которые можно видеть и в наши дни. Они хорошо послужили замку в 1520 году, когда поляки окружили крепости и в течение трех дней вели обстрел. Позже Бальга только однажды сыграла роль в военных действиях. Когда король Швеции Густав Адольф осадил Пиллау, он сделал Бальгу под руководством Оберста фон Вюрцбурга на короткое время своей шведской базой. Об этом времени напоминает заложенная в мае 1627 года дорога «Schwedenweg» или «Hohlweg», которая ведет от деревни к заливу.

Бальга потеряла свое стратегическое значение, когда в конце 16 века залив был занесен песком и обмелел. Стены замка повреждали ветер и непогода, ледоходы и волны залива, однако людская халатность и равнодушие также сыграли роль в его разрушении.

С 1525 года и до самой своей смерти в 1550 году Георг фон Поленц, первый прусский протестантский епископ, жил в Бальге. Герцог Альбрехт сделал его чиновником и обеспечил ему пожизненный доход. Именно епископа обвиняют в том, что он проявлял халатность и не уделял должного внимания состоянию построек на Бальге.
В 1565 году Бальга все еще была крепкой постройкой, но ее упадок был уже не за горами.

В 1584 году во флигеле главного здания со стороны залива появились глубокие трещины. Данцкер, находящийся у залива, был сильно поврежден. В 1620 году вода почти затопила основные стены. В 1699 году разрушилось несколько сводов главного здания и камера Георга V. Окружной чиновник и писарь в то время уже переехали в форбург.
Окончательное разрушение замка Бальга началось, когда после королевского указа от 28 января 1701 году тысячи камней были взяты отсюда для строительства крепости Пиллау. Для этого использовали большое количество камней из Бальги и из других мест в округе Хайлигенбайль. Вскоре практически все главное здание, кроме пивоварни, исчезло. В 1806 году оно полностью обветшало, а в 1810 году прекратило свое существование.

В 1525-1752 гг в замках Бальги жили высшие чины ордена, их представители, или действующие главы администрации Бальги. Кроме того, здесь также жили окружной писарь и секретарь суда (официальный список высших чинов ордена см. ниже). Главные орденские чины, а также их представители и действующие главы администрации Бальги несли ответственность за обитателей крепости, за гражданское, уголовное и полицейское правосудие, а также за передовые оборонительные сооружения.

Высшие чиновники должны были ремонтировать и содержать замки, в которых жил король Фридрих Вильгельм I, причем на их содержание по распоряжению короля тратилось ежегодно только 500 талеров. На помощь государственной казны можно было рассчитывать только в случае больших разрушений. В Бальге же ничего нельзя было сделать, так как разрушение главного замка зашло слишком далеко. Разрушение форбурга зашло еще дальше. В 1718 и 1741 годах частые штормы сильно повредили флигель форбурга со стороны залива. В 1753 году он полностью разрушился. В 1811 году крыша была снята, а балки проданы. Сторожевая башня, которая в конце 17 и 18 веков имела часы и колокольню, называлась Зегертурм (часовая башня). В 1807 году туда поставили лошадей, перевозивших грузы, а позднее там содержали крупный рогатый скот.

В эпоху романтизма каммер-президент фон Ауэрсвальд решил сохранить руины. Возможно, за их сохранение стоит также благодарить строителя Карла Фридриха Шинкеля. В 1836 году у замка появилась новая крыша. Шинкель посетил Пруссию и Бальгу во время командировки и написал в своем дневнике:

Бальга, 28 июля 1834 г.
Знаменитый древний замок Бальга располагается в заливе Фришес Хафф. Высота его фундамента 70 футов. Стоит он в самой что ни на есть плодородной местности, однако теперь видно лишь остатки старой трапезной с примыкающей башней, кроме высоких стен с широчайшей кладкой, которые тянутся на огромное расстояние. Мощь этого разрушающегося строения, которое находится посреди прекрасной природы высоко над уровнем моря, настолько поражает воображение, что чиновники обязательно должны позаботиться о сохранении этих руин.

Растущая популярность Бальги среди туристов, осознание ценности культурного наследия родины после Первой мировой войны привели к тому, что исторические места и постройки начали восстанавливать и охранять. Начальнику администрации округа Крайс Хайлигенбайль д-ру Фридриху Грамшу удалось получить средства на восстановление первоначального облика разрушенной сторожевой башни. Строительная фирма Werning из Хайлигенбайля в 1929 году провела реконструкцию. Первый этаж башни имел цилиндрический свод. Выше располагалось еще пять этажей, первые два из которых имеют простые своды и простой деревянный потолок. Оборонительный этаж был наверху, под самой крышей. С 1931 года власти округа Хайлигенбайль организовали в сторожевой башне краеведческий музей, которым управлял автор этих строк.
Когда в 1939 году на фундаменте бывшего форбурга был построен новый трактир «Burgkrug», Бальга стала одним из самых привлекательных и посещаемых мест залива Фришес Хафф.



700-летие Бальги стало одним из самых красивых и популярных праздников, который и сегодня многие с ностальгией вспоминают. Специально изготовленные для этого праздника 1200 памятных значков были раскуплены уже к полудню, а гостиницы Бальги не могли вместить всех посетителей. По случаю своего 700-летия Бальга получила звание образцовой деревни, и ей был пожалован специальный значок Барона фон Штайн.
Те дни, 1 и 2 июля 1939 года стали последней кульминацией в истории Бальги. В конце Второй мировой войны столь почитаемые руины Бальги были уничтожены. Только подземные конструкции и камни смогли пережить падение Бальги.

Бальга. Эмиль Иоганн Гуттцайт.

Перевод на этот раз не мой, с сайта http://www.balga.de/ Им же, видимо,принадлежит и предисловие - вряд ли умерший в 1984 историк мог писать про 2010 ))

Бальга! Бесчисленное множество людей знают об этом историческом месте, об этой прекрасной деревушке с нарядными домиками, о маленькой церквушке и собирающейся там общине, а также об ухоженном церковном дворе. Побережье Бальги, отвесные, крутые берега, молодежная турбаза, почтенные руины с возвышающейся сторожевой башней (наблюдательным постом) и краеведческим музеем, массивные древние стены и развалины крепости привлекают посетителей со всех концов света. Бальга была любимым местом отдыха для жителей округа Хайлигенбайль, обитателей Кенигсберга, многих людей из провинции и бесчисленных иностранцев. Они начинали приезжать весной, однако особенно часто их можно было здесь увидеть летом и осенью, по воскресеньям и рабочим дням, во время государственных праздников и на мероприятиях, организованных различными фирмами для своих работников. Они приезжали сюда искупаться, отдохнуть, погулять, чтобы поиграть и потанцевать, повеселиться и провести время в тишине. Бальга была родиной и убежищем, она приносила удачу и радость, вселяла покой и мир, однако для многих она была также символом борьбы, пролитой крови, противостояний, боли, страданий и смерти.

В 2010 году Бальге исполнился 771 год. Это событие пробудило яркие воспоминания о прекрасном, изменчивом прошлом, ведь 771 год – это очень долго. Многие поколения жителей Германии вплоть до 1945 года жили, любили, работали, боролись, рождались и умирали здесь, в Бальге. 771 год прошел. В 1239 году Бальга была захвачена рыцарями Тевтонского ордена, а в 1945 году разрушена во время Второй мировой войны. Более 700 лет Бальга принадлежала немецкому народу.
«А сегодня Бальга находится в Калининградской области, в России».

Давайте же откроем книгу истории!

Крепость Тевтонского ордена Бальга - история
В 1238 году рыцари Тевтонского ордена отправились в разведку из г. Эльбинг по Вислинскому заливу (нем. название Frisches Haff – Фришес Хафф) на двух кораблях «Пилигрим» и «Фридланд», подаренных маркграфом Гернихом фон Майсеном, в местность близ Бальги. С высоких берегов на рыцарей ордена смотрели защищенные крепкими стенами прусские крепости, владения которых включали воды залива и всю землю вокруг.
Попытка захвата крепости не увенчалась успехом. Орден потерпел поражение. Поэтому в следующем, 1239 году, рыцари ордена и крестоносцы предприняли новый поход. После тяжелой борьбы крепость все-таки перешла в руки Тевтонского ордена благодаря прусскому правителю Кодруну, который предал свой народ. Эта первая немецкая крепость на «древней земле восточной Пруссии» стала плацдармом для дальнейшего покорения прусских земель. В том же году ландмейстер начал перестройку крепости. С первого же упоминания крепость называлась Бальге или Бальга. Поэтому факт, что прежде она называлась Хонеда, весьма сомнителен.

Немецкое название «Бальге», или «Бальга», а в древние времена часто также «Балиге», «Баллге» и т.д., скорее всего, восходит к средненемецкому «Balge», что означает «пролив», «залив», а также «болотистая местность». Крепость ордена находилась на отвесных берегах, возвышавшихся над водами залива на 30 метров, и была окружена болотистым проливом на юге и на востоке. Мюленфлис, коммуна, находящаяся в Хоппенбрухе, к югу от Замка около самого залива, и Волитте, деревня, позднее получившая название Шифсграбен, относились к Бальге, так что, возможно, именно жителям Бальги они и обязаны своими именами. Пролив Нерунг (фарватер) напротив Бальги появился в первое десятилетие 14 века, и далекий водный путь у замка Лохштед едва ли мог прийти на ум, когда для крепости выбирали имя.

Благоприятное положение Бальги сделало замок ордена «ключом к восточным землям» Пруссии. Пруссы хорошо это знали и поэтому пытались отвоевать замок. Они взяли замок в оцепление, построили укрепления Партегал и Шрангенберг и хотели взять Бальгу измором. Гарнизон испытывал крайнюю нужду. Но тут в начале зимы 1239 года появился флот крестоносцев под предводительством Герцога Отто, сына Брайншвайга и Люнебурга. Гамбургские горожане помогли ему построить флот.
Герцог Отто одержал верх над объединенными войсками Вармии, Натангии и Бартии. Затем победитель пошел на враждебные крепости Партегал и Шрангенберг, захватил и разрушил их. Верхушки тех замков хранятся сейчас в поселке Партайнен (Нусберг) и в Гросс Хоппенбрухе (Шрангенберг). По прошествии года герцог возвратился в Нижнюю Саксонию. Рыцари ордена захватили близлежащие к Бальге области и закрепились на них, построив новые замки. Уже тогда начались активные работы по строительству Бальги. Много раз Бальга упоминается как мощный рыцарский оплот. В то время как герцог Померании Свантеполк был побежден, и прусские области Погезания, Вармия и Натангия пали, Эльбинг и Бальга сопротивлялись врагам.

По достоверным сведениям, с 1250 года Бальга была резиденцией комтура (духовного лидера) и рыцарского конвента. В 1251 году Эберхард фон Сайн, исполнявший обязанности Ландмейстера, утвердил дом ордена Эльбинг в качестве главной резиденции в Пруссии и резиденции Великого капитула. К нему в случае необходимости должны были присоединиться по меньшей мере восемь Братьев из Бальги и Христбурга. Это говорит о большом значении Бальги.

Во время Великого прусского восстания 1260-1273 годов Бальга была неуязвимой. В 1261 году, после неудачной для ордена битвы при Покарбене 22 января ее пытались осадить, но напрасно. Она устояла и в последующие годы. Когда Монте и Глаппе, предводители Натангии и Вармии, умерли, орден поработил жителей этих областей. Они остались верны ему даже в 1277 году, во время прусского восстания в Погезании.



В семидесятых и восьмидесятых годах 13 века орден смог провести масштабную перестройку замка и сделать его каменным. Конструкция главной крепости позволяет заметить, что строители ордена при возведении замка использовали прусский опыт строительства.

Главный замок представляет собой неправильный шестиугольник. Он состоит из трехчастного главного флигеля, зала капитула, трапезной (рыцарская столовая) и часовни, а также флигеля со стороны залива, в котором были расположены спальни. Во флигеле со стороны залива, с двух сторон огражденном высокими башнями, был данцкер (туалет), из которого нечистоты сливалось прямо в залив. Вход туда поддерживался двумя подпорками. На первом этаже флигеля со стороны залива располагались, вероятно, кухня и пивоварня, а над спальнями были хранилища. Непосредственно во флигеле со стороны залива, на северной стороне, были ворота. Эти укрепления появились в основном благодаря Конраду Штейнбрехту, который в восьмидесятых годах 19 века (примерно в 1880 г.) был погребен в Бальге. Точное расположение данцкера установил житель Бальги Герман Боэм. Неясным остается то, была ли южная башня главной или всего лишь сторожевой.



Внутри главного замка по периметру трехчастного главного флигеля проходила крытая галерея, которая покоилась на массивных колоннах. В середине крепости был колодец. Его добавили уже в середине 19 века. Вокруг места, где он находился, до недавнего времени росли липы и бузина. Вокруг главного здания располагался пархам (сад), отгороженный от стен замка рвом. Позже от всех укреплений остался только ров и несколько хранилищ.

В форбурге, к которому на севере ведет подъемный мост, непосредственно на крутых берегах залива располагались жилые помещения. Там были комнаты для гостей, которые позже были перестроены в жилые комнаты и кабинеты. В 17 и 18 веках в них жили чиновники, например окружной начальник и окружной писарь. В конце 17 века здесь размещалась школа. Между флигелем со стороны залива в форбурге и сторожевой башней проходила крепостная стена, которая сохранилась до самого последнего времени. В 1929 году угловая башня приобрела свой первоначальный вид. Руины 62 метра в длину, примыкающие к башне, представляли собой здание из трех этажей. На первом этаже были жилые помещения для высших чинов ордена, а также для знатных гостей. В камере рядом с башней был подвал. Лестница, которую еще можно разглядеть у стены, вела к дверям жилого помещения. Средняя часть руин представляла собой зал на первом этаже, рядом с которым располагались другие жилые помещения. По сведениям Бернарда Шмидта, там, возможно, располагалась овчарня, спальня братьев ордена (пастухов и управляющих), которые ведали торговлей. В 1382 году в Бальге впервые упоминается о пастухе. Рядом с овчарней находилась квартира викария (который ведал делами церкви).

К руинам примыкали ворота форбурга, к которым снаружи вел разводной мост. Эта часть рва давно засыпана. От форбурга по направлению к заливу располагались другие здания. Трактир «Burgkrug», построенный в 1939 году, был возведен на фундаменте одного из этих древних орденских строений.

На северо-востоке от форбурга, в 200 метрах от замка, располагались башни и госпиталь. На плане Бальги от 1810 года видно еще одно здание, построенное на поле.
Уже в конце 13 века Бальга стала одним из красивейших и самых укрепленных замков Тевтонского ордена. Его конструкция привела к разработке других строительных конструкций ордена, что было значительным изменением для немецкого средневековья. К сожалению, раскопки на Бальге нужно было проводить срочно, так что четкую и ясную картину расположения замка сложно себе представить.
Бальга был замком у залива, который благодаря Шиффсграбен и древней Волитте (река) имел выход в залив и порт. Великий магистр Конрад фон Юнгинген в 1403 году уехал из Бальги на корабле в Байстерн.
В 1412 году конвент владел в Бальге двумя кораблями. У бухты Волитта жили фишмайстеры, чиновники ордена, которые поставляли рыбу для орденского стола. В 1337 году в Бальге впервые упоминается фишмайстер.



В период с 1250 по 1499 год Бальга была центром комтурства и рыцарсого конвента, который состоял минимум из двенадцати рыцарей. Вероятно, до конца 13 века комтур Бальги был одновременно фогтом Натангии. С середины 14 века он является исключительно фогтом Натангии. С 1451 по 1499 год комтур являлся также Верховным интендантом (ответственным за военную технику). Он был военным советником и высшим чиновником ордена в комтурстве. Под покровительством комтура Бальги в 1400 году также находился суд (ланддинг) комтурства Бальги. Он также обладал известным влиянием.

Вследствие своего выгодного расположения и своей силы Бальга была одной из самых важных крепостей Тевтонского ордена в стране. Комтуры Бальги действовали от залива и до польской границы расширяющегося комтурства. Многие комтуры Бальги заняли самое высокое положение.

(Список комтуров см. ниже)

В 13 веке Бальга стала отправной точкой для многочисленных завоеваний прусской земли, областей Вармии, Натангии, Земландии, а позже также Литвы. В сообщении «Hohenloheschen Bericht» говорится: «От замка были завоеваны и крещены все земли Натангии, Малой Бартии и Большой Бартии, Погезанской земли (Погезании) и Витании, земли веведов (около Мельзака) и земли Схлуниен (около Калген). И покрестились все и стали подчиняться Ордену».

В 1300 году Бальга стала центром оживленной деятельности в районах Хайлигенбайль и Прейсиш-Эйлау по основанию новых населенных пунктов. После 1320 года эта деятельность стала особенно активной. В первой половине 14 века появилось около пятидесяти немецких деревень в Вальдамт Ейзенберг, после чего были основаны оба города, Хайлигенбайль и Цинтен, а позже город Ландсберг. После разделения Бартии в 1326 году комтурство Бальги получило часть обширной местности, в которой комтурство основало крепости Бартии в 1325 г, Лейненбург в 1326 г, Растенбург примерно в 1329 г, Йоханнесбург в 1345 г, Зеехестен в 1350 г., Рейн незадолго до 1376 г и Лик в 1398 г. Кроме уже названных городов, на территории комтурства Бальги были основаны крепости Бартенштейн и Прейсиш-Эйлау, а также города Кройцбург, Бартенштейн, Шиппенбейль, Рейн, Зенсбург, Лик и др. Бальга стала источником распространения немецкого права и немецкого языка, немецкой культуры и христианской веры. Комтуры Бальги отправляли немецких строителей в города и деревни, чтобы строить церкви и ратуши, а также отправляли священников, чтобы те возвещали Слово Христа. Войны и насильственные переселения не смогли искоренить самобытные черты немецкой нации.

Просветитель с дубинкой - 2. Soldatenkonig.

Фридрих Вильгельм I с детства и до самой смерти любил армию.
В 1698 году курфюрст Фридрих III подарил десятилетнему сыну охотничий замок Вустерхаузен и роту кадетов. Ну как - кадетов... Мальчишек из окрестных деревень, выряженных в пеструю униформу и вооруженных деревянными ружьями. Счастливый наследник престола муштровал своих "потешных" с утра до полудня, без праздников и выходных. Добродушный курфюрст советовал пацанам прятаться от своего буйного отпрыска в стогах и стойлах, но бесполезно - Фридрих Вильгельм своими собственными руками возвращал уклонистов в строй. Подрастал принц - росла и его рота. К 1711 она превратилась в гренадерский батальон численностью 600 человек. По сравнению с обычным батальоном прусской армии принц смог уменьшить расходы на содержание своего игрушечного батальона на 3750 талеров в год.

Эту свою мальчишескую любовь к строю король сохранял в целости и сохранности всю жизнь. Ежедневно он устраивал смотр войскам - проверял мундиры и рубахи, осматривал руки и шеи солдат на предмет чистоты. Затем вставал в центр плаца и начинал командовать. Он муштровал батальоны так же, как некогда «кадетскую роту» в Вустерхаузене. И если ружейные приемы или строевой шаг не были достаточно дружными, по плацу разносились страшные ругательства. Зато если все шло, как надо. король был счастлив, как мальчишка. Только здесь он и был по-настоящему счастлив - среди своих "возлюбленных детей".

В конце 1705 года, давно уже ставший командиром 6-го пехотного полка, членом Государственного Совета и Военного Совета, Фридрих Вильгельм подал письменное заключение - прусская армия должна быть значительно увеличена в численности. Тогдашняя камарилья сочла мнение кронпринца мальчишеской выходкой и проигнорировала его. Мнение короля проигнорировать не мог уже никто.

Требование усилить армию и увеличить ее в численности проистекало отнюдь не из нежной любви к фрунту. А из убеждения, что без армии в этом мире не добиться ничего. «Могу только посмеяться над здешними пачкунами. Они хотят пером добыть для короля страну и людей. А я говорю: шпагой! Иначе король не получит ничего». - писал наш кронпринц. «Желая играть важную роль в мире, не размахивают пером, а опираются на сильную армию». - говорил он же, став королем.

Большая армия была для королевства насущной необходимостью. Около 100000 квадратных километров, доставшихся Фридриху Вильгельму, были разбросаны от Рейна до Немана, причем границы этих "лоскутов" имели весьма причудливые очертания. Чтобы защитить все это добро, нужна была большая, просто громадная армия. Для большинства немецких князей проблемы тут не было никакой - они свои армии сдавали внаем, а беды подданных, разоряемых и убиваемых солдатней, воспринимали как нечто само собой разумеющееся и неизбежное. Наш же ненормальный на полном серьезе считал себя ответственным за все, что творится в его землях.


В 1713 году король унаследовал армию штатной численностью в 30 000 человек, реальной же - где-то между 25 000 и 27 500. Кроме того, ополчение (ландмилицию)  где-то между 5 000 и 15 000 человек, чья боевая ценность стремилась к нулю. Из 3.6 миллионов талеров дохода казны на армию уходило две трети. Фридрих Вильгельм сразу же увеличил численность пехоты с 38 до 50 батальонов, а кавалерии — с 53 до 60 эскадронов. Увеличились и сами подразделения: пехотный батальон — с 500 до 600, а кавалерийский эскадрон — со 150 до 200 человек. Через два года под ружьем стояли 45 000 военных, в том числе 12 000 кавалеристов и 3 000 артиллеристов. Ландмилицию же упразднили от слова "совсем".

Главной проблемой при этом стали не деньги, как можно подумать, деньги-то наш персонаж изыскивать умел, а люди. Все население королевства составляло примерно 1 750 000 человек. Бранденбург медленно восстанавливался после апокалипсиса Тридцатилетней войны, Пруссию недавно выкосила чума. И где взять рекрутов? Особенно если тот же король запретил вербовать силой. Комплектовать полк и отвечать за это перед королем был обязан сам командир. Логичным и предсказуемым результатом стала вакханалия - чтобы срочно довести свои подразделения до нужной численности, офицеры принялись охотиться за хорошими, годными новобранцами по всей стране. Один и тот же рекрут ВНЕЗАПНО мог оказаться разом зачислен в 2-3 полка. Команды вербовщиков в таком случае выясняли отношения между собой с помощью грубой силы, порой доходя до оружия. Указ короля не вербовать силой, использовать военные хитрости,  естественно, игнорировали.
Контролировать офицеров и как-то ввести их в рамки было некому, и тысячи молодых людей, преимущественно ремесленников, бежали за границу, уклоняясь от воинской повинности.  Эдиктом от 17 октября 1713 г. Фридрих Вильгельм приказал обращаться с такими беглецами как с дезертирами, то есть прогонять их сквозь строй, забивая беглецов шпицрутенами до полусмерти. Что характерно, это привело только к увеличению потока беглецов.

Фридрих Вильгельм всю жизнь отвратительно разбирался в людях, но прекрасно умел принимать к сведению практические результаты. Бегство населения - то, чего король желал в самую последнюю очередь. Даже если придется пожертвовать численностью любимой армии - число его подданных должно только расти. В конце 1714 года король полностью отменил насильственную вербовку. Отныне вербовке на военную службу подлежали лишь юноши, не имевшие профессии, и те, кто хотел служить за деньги («хандгельд»). Исключение сделали для «мятежных и развратных» личностей, противившихся воле работодателей, мастеров и сельских хозяев, — их можно было привлекать к военной службе в принудительном порядке. Король опять показал неумение разбираться в людях - исключение оказалось правилом, и армия превратилась в филиал тюрьмы, а в глазах народа ее репутация опустилась до уровня разбойной шайки.

На внутренние резервы  нельзя было рассчитывать - они и так практически исчерпаны. И тогда началась знаменитая охота за новобранцами по заграницам, жертвой которой стал и наш Михайла Васильевич. Сначала все было в рамках приличий - по законам Империи курфюрсты могли вербовать желающих в имперских городах. Первое время удавалось завербовать примерно тысячу иностранных рекрутов в год, но с 1720 г. число новых наемников снизилось до пятисот человек. К этому моменту Фридрих Вильгельм увеличил свою армию вдвое, доведя ее численность до 55 000 человек, тридцать процентов которых были родом не из Пруссии.
А вот дальше, когда все "гулящие" людишки из имперских городов были прибраны к рукам, прусские вербовщики двинулись и в другие земли. Больше тысячи агентов — преимущественно офицеры с темным прошлым, но частенько и евреи — постоянно разъезжали по Германии и другим странам - вплоть до России, Далмации и Ирландии, добывая прусскому королю все новых рекрутов. Прусские вербовщики ничего не боялись — они считали, что им позволены любые выходки на чужой земле. Традиционно дружественные со времен Великого курфюрста отношения между голландскими Генеральными штатами и прусским монархом приблизились к опасному кризису: Фридрих Вильгельм не был готов отозвать оттуда своих ищеек и охотников за людьми. С 1713 по 1738 г. были завербованы примерно восемнадцать тысяч иностранных солдат, то есть прусская армия всегда на одну треть состояла из наемников. Это позволяло сберечь собственные призывные ресурсы. Под ружьем никогда не стояло больше двух процентов населения страны.

Судьба великанов прусского короля была не столь уж тяжелой и печальной. Рослый крестьянин Фриц или Ганс, польстившись на посулы прусских офицеров, избавлял себя от голода, холода, лишений и нужды. Почти все великаны-гвардейцы сверх жалованья получали персональную надбавку, доходившую до тридцати талеров в месяц. Время службы ограничивалось первой половиной дня. Как только колокол на гарнизонной церкви бил двенадцать раз, гвардейцы могли заниматься собственными делами. В Потсдаме масса трактирчиков и пивных принадлежала «верзилам». Публика валила в них охотно. Не из-за особого сервиса или качества продуктов, о нет! Через хозяина такого заведеньица можно было передать свое послания королю — за соответствующую оплату, конечно. Когда солдаты гвардейского полка держат перед Фридрихом Вильгельмом молодецкую выправку и едят его глазами, король приходит в наилучшее расположение духа. Если в этот момент находящийся в доле командир полка передаст ему нужные бумаги - дело в шляпе. Со временем сам Фридрих Вильгельм вынужден был грозить карами адвокатам, пытающимся решать дела в обход судебных инстанций, через трактирщиков-гвардейцев.

Но проблемы обычных солдат, не великанов, вербовка за границей окончательно решить не могла. В 1733 году Фридрих-Вильгельм додумался до революционного шага - указом от 1 мая в Пруссии вводилась ВСЕОБЩАЯ воинская повинность. Пожарные округа страны были разделены на участки - кантоны (поэтому указ получил имя Кантонального регламента). Все мужчины кантона в возрасте от 18 до 40 лет вносились в реестр и, тем самым приписывались к определенной роте или батальону.
Мобилизационный потенциал Пруссии возрос если не на порядки, то в разы. В 1730 году Фридрих-Вильгельм с огромным трудом и немыслимыми ухищрениями довел армию до численности в 60 000 человек (из них примерно 20 000 иностранцев), к 1740 году же он увеличил ее численность до 75 000 человек (из которых около 25 000 были иностранцами). То есть, за предыдущие десять лет он выскреб дополнительных 5000 со всей остальной Европы, а за эти десять лет набрал новых 10000 с одной только Пруссии.

Было бы ошибкой думать, что король нанес тем самым ущерб экономике. Фридрих-Вильгельм был рачительным хозяином. Армия, не поддержанная должным экономическим потенциалом - все равно, что не существует. Поэтому Фридрих-Вильгельм всегда и во всем стремился соразмерять свои военные запросы с хозяйственными возможностями. Держать три процента населения под ружьем просто так, из принципа, было для него явной бесхозяйственностью. Для специалистов делалось исключение - их король вовсе освобождал от военной повинности. Призванных же крепостных, батраков, слуг, подмастерий никто не держал под ружьем круглый год. Полностью укомплектованной прусская армия была лишь в течение трех месяцев, удобных для учений, — в апреле, мае и июне. После этого батальонные командиры отпускали своих резервистов, торопившихся домой на уборку урожая. Точно так же их отпускали и на время сева, не говоря уже о зимних месяцах. Батальон достигал своей штатной численности в 600 человек лишь в течение апреля-июня. В остальное время в среднем 200 солдат из каждого батальона находились дома, а под ружьем стояли 400 человек, каждый второй из которых был иностранцем.

Постоянно растущая армия Фридриха-Вильгельма была не столько обузой, сколько локомотивом прусской экономики. Расходы на армию выросли с начала его правления вдвое - до 4.8 миллионов талеров в 1740, но сама-то армия выросла втрое. Расходы же на гражданские нужды выросли тоже вдвое - до 2.4 миллионов талеров, но население Пруссии увеличилось-то всего на 40%. При этом изрядная часть военных расходов теперь шла не на импорт амуниции и одежды, а своим же, прусским производителям.
Сразу же при вступлении на трон король поручил тайному советнику финансов Иоганну Андреасу фон Крауту руководство новым государственным предприятием - Лагерхаусом ("складом"). Сюда поступала привезенная из Испании шерсть в количестве, необходимом для армейских нужд, затем ее распределяли по деревням, где на дому делалась пряжа, а затем в Лагерхаусе ткачи на постоянном контракте производили ткань. окраска ткани производилась в Лагерхаусе же под руководством мастера из Брабанта. Уже с 1716 года прусская армия одевалась целиком в отечественную ткань.
Работа кипела не только в Лагерхаузе. Текстильщики, портные, позументщики, изготовители пуговиц работали над обмундированием полков. Мануфактуры и красильни строились по всей Пруссии. Иностранным шерстянщикам, прибывающим в Пруссию, королевский эдикт 27 февраля 1717 г гарантировал освобождение от налогов на шесть лет, бесплатный лес для строительства и освобождение от военной службы. «Шплитгербер унд Даум» с 1722 г. производили на построенных при государственной поддержке оружейных фабриках в Потсдаме и в Шпандау штыки и сабли, ставшие всемирно известными. Уже с 1725 года армия Фридриха Вильгельма вооружалась исключительно прусским оружием, и никак не зависела от поставок из-за рубежа. Значительно расширили производство даже золотые и серебряные мануфактуры, расположенные на берлинской Штральауерштрассе. Регулярная армия, где каждый человек до последнего был одет в форму, а полки и рода войск надо было отличать друг от друга, нуждалась в знаках различия, галунах, позументах, в золотых и серебряных нашивках.

Теперь, рассмотрев прусскую армию "снаружи", можно заглянуть внутрь адской кухни Soldatenkonig'a